Интересно читать про российскую экономику. У Сергея Журавлева много правильных цифр – запись сделана в связи с уточненными данными по росту ВВП в 2014 году, но, в который раз, трудно точно подобрать "оценочные суждения". Эксперт пытается написать что-то вроде "ситуация плохая по сравнению с той, которая должна была бы быть при более разумной политике правительства и особенно плохая в долгосрочной перспективе – по сравнению, опять-таки, с тем, что мы знаем о странах на этой стадии экономического развития". А читатель – и любители (многочисленные комментаторы – кстати, там большинство не боты, хотя и выглядят примерно также), и профессионалы – не хочет слышать про оттенки серого. Читатель заставляет эксперта занять позицию "всё хорошо" или "всё конец". А проинтерпретировав слова о 2,8% роста с марта 2012 года – то есть рост в среднем чуть меньше 1% в год и экстраполяцию этого прогноза на три года вперёд (к -3% в 2015) как "всё конец", можно приступать к дискуссии о патриотизме автора, в которой все специалисты и которая позволяет каждому чувствовать себя чуть ли не защитником Брестской крепости.
Профессионалам даже приходится извиняться за "херню". При этом продолжая обвинять СЖ и "многочисленных экспертов" в алармизме и преувеличениях. На мой взгляд, напротив, "многочисленные эксперты" (которых на самом деле у нас катастрофически мало – тот же Kar-Barabas раз за разом критикует 2-3 конкретных людей) как раз справляются с огромным давлением аудитории в пользу того, чтобы давать алармистские комментарии. Аудитория хочет слышать "печатный станок", "галопирующая инфляция", "крах ВВП", "социальные протесты" – и это именно те слова, на которые только и включается внимание политического руководства. Экспертам трудно – потому что "коллапс экономики" в буквальном смысле – это очень большая редкость и нет никаких "нормальных" сценариев, которые у нас в стране вели бы к повторению событий 1990-1992 годов. (Сам по себе спад может быть большим и трагическим – как в Латвии в 2008-09 годах – и не сопровождаться не то что революцией, но и даже хоть сколько-нибудь серьёзными волнениями.)
Как эксперту, который считает, что ничего трагического в экономике не происходит, но действия неправильные и результаты, которые есть на сегодняшний день, хуже, чем были бы при альтернативных сценариях? Да, если бы в 2012 году президентом стал Прохоров, а не Путин, то не было бы никакого экономического чуда (см. ссылку выше, где правильно говорится про замедление роста во всём мире – правда, без особых объяснений, чем это лично мы так "обречены" в этом отношении). Но я уверен, что рост был бы выше даже в тяжёлых внешних обстоятельствах – за счёт меньшей коррупции (приход новых людей снижает коррупцию, а она у нас сейчас превысила все "нормы" для стран такого уровня развития), за счёт повышения качества управления (опять-таки, просто за счёт ротации в элите), за счёт меньшей роли силовых структур и расходов на оборону. Это бы не сильно отличалось от того, что есть – скажем, на 1-2% в год, но 1-2% в год разницы это и есть то, что позволяет одной стране сокращать отставание от другой. И как найти слова, которые не выглядели бы криком "пожар", но не оставляли бы всех спокойно спящими?
Спокойные комментарии экспертов либо не воспринимаются публикой, что широкой, что узкой, либо воспринимаются как крики "пожар"… Я, например, уверен, что за осень 2014 ни разу не пообещал инфляции-2015 вне диапазона 10-15% (что было просто, потому что ЦБ публикует всё более и более внятно обоснованные макроэкономические прогнозы), хотя чуть ли не каждый спрашивающий ждал каких-то более высоких цифр. То же самое в ЖЖ Сергея Журавлева – перечитайте назад записи – где многие вещи объясняются понятнее и точнее, чем в официальных документах + у эксперта есть возможность прогнозировать чуть менее ответственно, чем у зампреда ЦБ – нет никакого неадеквата и излишнего алармизма.
На фоне вымышленных криков о пожаре появляется спрос на "позитивные сценарии". Леонид Бершидский, колумнист Bloomberg, разрекламировал доклад Citi – качественную работу, в которой позитив опирается на сравнение с 1998 годом, когда девальвация рубля повысила конкурентоспособность российской продукции (потому что удешевила труд) и дала быстрый рост уже в следующие годы. Первый график, приведённый в колонке (нарисованный Citi) отлично иллюстрирует мысль о том, как девальвация 2014 привела реальный обменный курса в соответствие с разницей в производительности труда между Россией и её торговыми партнёрами. Резко увеличило конкурентоспособность, коротко говоря. Но, хочу заметить, вовсе не случайно первый график начинается в 1995 году, а второй – в 2006-ой. Если бы второй график был "продолжен назад", то сразу была бы видна огромная разница в "незадействованных мощностях" и "незанятой рабочей силе" в 1998-ом и 2014-м. Мне тоже хочется верить в рост 2-3% в 2016 году (при спаде 2-3% в 2015), но пока механизм, делающий этот рост похожим на рост 1999 года мне непонятен.
Впрочем, экономистов из международных организаций, критикующих экспертов за "алармизм", тоже можно понять. Весь смысл крупных исследовательских организаций – в том, что смотреть на каждую страну из "бесконечно удаленной точки", с перспективы вечности. Что им потерянное десятилетие? Что эмиграция десяти процентов населения? Какие-то знаки после запятой. А оптимизм нужен. Я помню спор на круглом столе на ежегодной встрече ЕБРР два года назад – сотрудники там делали исследования переходных экономик, такие, что никто и близко к ним не был по качеству – и они показывали, как сильно кризис 2009 года задел российские домохозяйства и как бесмысленны надежды на заметно ненулевой рост при сохранении нынешнего курса, но проговаривать им нужно было про "рост среднего класса". Потому что это позитив…
