От продовольственного эмбарго 2014 года особенно пострадали граничащие с ЕС регионы — Карелия, Мурманская, Псковская, Калининградская области, Санкт-Петербург. Как предприниматели приспосабливались к этим антисанкциям?
Розничные хитрости
В августе 2014 года Россия наложила эмбарго на поставки мясных, молочных продуктов, а также фруктов и овощей из стран ЕС, Норвегии, Австралии и США. И на первых порах негативное влияние эмбарго на розничные цены проявлялось слабо.
Во-первых, контрсанкции были введены в августе, когда сезонное снижение цен смогло нейтрализовать или смягчить подорожание продуктов из-за эмбарго. Во-вторых, российские поставщики накопили довольно большие запасы продуктов, их дефицит стал ощущаться не сразу. В-третьих, когда запасы стали подходить к концу, многие поставщики успели наладить поставки из тех стран, на которые эмбарго не распространялось.
Наконец, некоторые смогли организовать поставки продукции через третьи государства, где нелегально или полулегально переоформлялась страна происхождения данных товаров. Главным транзитным узлом для таких операций стала Белоруссия, другими центрами переоформления страны происхождения стали Фарерские острова и Гренландия (для рыбы из Норвегии), Сербия и Турция (для плодоовощной продукции). Добавление новых посредников увеличивало стоимость товаров, но такие схемы позволили смягчить их дефицит.
Все это, однако, лишь на несколько месяцев отсрочило резкий рост продовольственных цен: свою роль затем сыграли их сезонное повышение, уменьшение количества поставщиков (часть из них прекратили работу) и, наконец, быстрое обесценивание рубля. Особенно чувствительным оказалось повышение розничных цен на рыбу: в Санкт-Петербурге и в Мурманской области они выросли на 20–50%. Развитость рыболовства в Мурманской области смягчить проблему не помогло: местные рыбаки продавали значительную часть своего улова в Норвегию, чтобы избежать уплаты обременительных таможенных пошлин в российских портах.
Больше всего пострадали от вызванного контрсанкциями роста цен потребители в Калининградской области. Этот регион к моменту введения эмбарго на 70% зависел от импорта молочной продукции, на 50% — от поставок фруктов и овощей и на 40% — от импорта мяса птицы из стран ЕС. И там уже вскоре после введения антисанкций цены на некоторые продукты выросли в 1,5–2 раза. Местные власти и поставщики возлагали большие надежды на замещение продукции из стран ЕС белорусскими товарами, но поставщики из Белоруссии во многих случаях также резко увеличили закупочные цены. Но проблемы со снабжением региона отчасти смягчила «серая» торговля, о которой еще пойдет речь далее.
Как пострадали предприниматели
Эмбарго было введено в действие очень быстро и внезапно. Многим из предпринимателей, которые закупили свои товары до его объявления, не было позволено доставить их в РФ (исключение было сделано для части импортеров, сумевших ввезти продукцию до 9 августа). Другим импортерам пришлось возвращать товар продавцам, смирившись с дополнительными транспортными расходами. Особенно серьезный ущерб понесли те компании, которые доставляли крупные партии продуктов на грузовых судах.
Во многих случаях ущерб не ограничивался упущенной прибылью и транспортными расходами. Ряд компаний из-за контрсанкций оказались не в состоянии расплатиться с кредиторами, многие международные автоперевозчики (особенно в северо-западных регионах РФ) лишились значительной части заказов. Им пришлось искать либо новые заказы на альтернативные международные направления, либо свои ниши на рынке внутрироссийских перевозок, в значительной степени уже занятом теневыми перевозчиками.
Между тем участвовавшие в челночной торговле приграничные предприниматели поначалу оказались в выигрыше. Продукты, попавшие под контрсанкции, можно было ввозить в размере до 5 кг для личного потребления. Поэтому челноки и часто путешествовавшие в сопредельные страны ЕС жители приграничных районов не слишком ощутили на себе негативные последствия эмбарго. Так даже возникли новые коммерческие возможности: несколько человек, путешествовавших в одном автомобиле, вполне могли легально ввезти довольно значительную партию пользующегося спросом продовольствия. Улучшились возможности и для «муравьиной торговли», при которой товары ввозились в РФ отдельными людьми, а после аккумулировались более крупными коммерческими структурами. В Санкт-Петербурге бесплатные или очень дешевые туры в Финляндию в обмен на помощь в доставке товара были популярны еще до эмбарго, а после него их популярность лишь возросла.
Однако после резкого падения курса рубля, начиная с октября 2014 года, челночная торговля товарами из ЕС перестала быть выгодной. Зато в северо-западном российском приграничье возродился феномен, не наблюдавшийся с конца 1990-х: резко возросло число шоп-туристов из Финляндии, стран Балтии и Польши, активно покупавших дешевые российские товары.
Челночная и «муравьиная» торговля, а также контрабанда помогли смягчить ситуацию на розничных рынках в наиболее пострадавшей от эмбарго Калининградской области. Поставляемые по теневым каналам продукты продавались либо на местных рынках (их выдавали или за продукцию из не попавших под контрсанкции стран, или, поначалу, за продукцию, ввезенную до введения эмбарго), либо прямо с машин во дворах многоэтажных домов.
Реакция предпринимателей
Многие предприниматели публично поддержали официальную точку зрения, что Россия является правой стороной в конфликте со странами Запада. Некоторые представители транспортных компаний заявили, что эмбарго не нанесло им серьезного ущерба. Лишь немногие предприниматели осмелились пожаловаться на действия правительства и таможенной службы региональным бизнес-омбудсменам, и только оказавшийся из-за последствий эмбарго под угрозой закрытия Мурманский рыбокомбинат оспорил антисанкции в суде. Верховный суд вполне предсказуемо отклонил иск рыбокомбината, после чего последний объявил о прекращении своей работы.
Вместо публичной критики действий федерального правительства многие предприниматели и некоторые представители региональных властей стремились отстоять свои интересы путем их закулисного лоббирования (например, губернатор Калининградской области Николай Цуканов пытался убедить правительство отказаться от эмбарго или смягчить его). Однако правительство отвергло подобные просьбы, несмотря на ущерб компаниям или даже целым регионам. Хотя правительство в принципе обещало поддержать понесших убытки отечественных автоперевозчиков, такого рода обещания пока, по-видимому, не воплотились в конкретные и заметные меры.
Наконец, некоторые поставщики решили прибегнуть к теневым схемам с использованием контрабанды и «муравьиной торговли». Было довольно много случаев, когда продукты из стран ЕС поставлялись в Россию по сфабрикованным документам, содержавшим ложную информацию о стране происхождения товара. Объективно есть широкие возможности для поставок запрещенных продуктов с использованием коррупционных связей между предпринимателями и таможенниками, однако распространенность подобных схем крайне трудно оценить.
Таким образом, продовольственное эмбарго имело целый ряд серьезных последствий для северо-западных приграничных регионов РФ. Поначалу оно в большинстве случаев не привело к резкому росту цен, однако уже ближе к концу года его последствия, усугубляемые девальвацией рубля, проявились весьма заметно и практически повсеместно.
