Политолог, специалист по международным отношениям Михаил Троицкий рассказал Настоящему Времени, зачем Дональд Трамп делает заявления, в которых обещает провести "наращивание военной мощи, которое станет одним из крупнейших" в истории Соединенных Штатов.
Михаил Троицкий: Вы знаете, мне, во-первых, не показалось, что это заявление было похоже на бряцание оружием. Трамп в интервью Reuters на самом деле сказал, что он выступает за всеобщее полное ядерное разоружение, но вот пока у скольких бы то ни было стран будет оставаться ядерное оружие, включая союзников, США будут готовы сохранять первенство. Очевидно, имеется в виду по количеству ядерных боеголовок и их носителей, также по их качеству, точности и так далее. Здесь не было какой-то особой ястребиной или агрессивной риторики. Мне доводилось слышать, что идея о мире без ядерного оружия – это одна из совсем немногих идей, которая Дональда Трампа привлекала с молодых лет. А заявление о желании США поддерживать первенство по эффективности и масштабам своей ядерного арсенала, в общем, не является новым, всем понятно, что США в силу своего технологического превосходства, в силу наличия огромного военного бюджета вполне в состоянии нарастить при необходимости свой ядерный арсенал или постоянно его модернизировать. Так что, на мой взгляд, это заявление в порядке вещей, оно однако может означать, что США при Дональде Трампе в меньшей степени заинтересованы в переговорах о совместном сокращении ядерных арсеналов с Россией.
Настоящее Время: Заявление, выходит, Трамп сделал как-то совсем не в духе контекста СНВ-3.
Михаил Троицкий: Мы действительно уже слышали, что тема СНВ-3 поднималась в телефонном разговоре, единственном на сегодняшний день, между президентами Путиным и Трампом. И президент Трамп в том разговоре заявил, что, по его мнению, договор СНВ-3 или договор СНВ-2010, как его называют в России, не соответствует американским интересам. И да, сегодняшнее заявление относительно превосходства в ядерных вооружениях, думаю, не соответствует духу контроля над вооружениями, совместного с Россией процесса снижения ядерных вооружений в соответствии с принятыми договоренностями. Вполне возможно, что Дональд Трамп вскоре заявит, что не заинтересован, например, в продлении договора СНВ-2010, этого нельзя исключать.
Настоящее Время: Насколько в принципе вся эта дискуссия вокруг стратегических наступательных вооружений в 2017 году может вестись? Потому что кажется, что актуальность этого разговора осталась где-то глубоко в 80-х. Насколько в современном мире и в мире современных войн в принципе эта тема является чем-то применимым на практике? Потому что мы же понимаем, что войны в любом случае, даже если будут вестись, то будут вестись совсем иначе.
Михаил Троицкий: Во-первых, ядерное оружие – это показатель статуса. Особенно роль второй ядерной сверхдержавы, то есть государство, которое обладает вторым, а, может быть, даже и первым по масштабам ядерным арсеналом, очень дорога для России. Это несомненно. Статус ставит ее на одну доску с США, которые традиционно при президентах, во всяком случае, Клинтоне, а затем Обаме заявляли о своей крайней заинтересованности в переговорах о сокращении вооружений с Россией. Кроме того, мы видели, что в последнее время активизировались разговоры, появляется много экспертных комментариев относительно принципиальной возможности столкновения между Россией ну и, например, какими-то государствами НАТО, возможно, США, с использованием ядерного оружия. Такие невероятные сценарии, в общем, действительно обсуждаются, имея в виду эскалацию конфликта вокруг Украины, имея в виду сближение российских, американских и других натовских самолетов и кораблей. Так что, в общем, ядерные арсеналы имеют актуальность даже с позиции сегодняшнего дня. Есть еще целый ряд вопросов, на которых, наверное, не позволяет масштаб нашего интервью остановиться, которые показывают, что ядерное оружие, например, в какой-то ситуации может стать дестабилизирующим фактором для международной безопасности. Хотя на сегодняшний день, несомненно, оно сдерживало конфликт между великими державами.
