Греческий кризис как политическая проблема единства Европы. Внимание всего мира приковано сейчас к Греции, в которой вчера прошел референдум по вопросу о том, стоит ли стране оставаться в еврозоне. Сложность состоит в том, что никто не знает, какой именно ответ на вопрос референдума – «да» или «нет» – увеличит шансы на то, что Греция останется в еврозоне, а какой – уменьшит.
Если большинство ответило «да», то премьеру Ципрасу будет легче подписать новое соглашение с кредиторами, в котором страна возьмет на себя жесткие обязательства по выплате долгов, сокращению расходов, увеличению пенсионного возраста и т. п. Однако, как считают многие выдающиеся экономисты, включая нобелевского лауреата Пола Кругмана и Джеффри Сакса из Колумбийского университета, такие обязательства приведут к дальнейшему ухудшению экономической ситуации – спаду ВВП и росту безработицы – и проблема, стоящая перед страной сейчас, встанет через несколько лет снова, только в худших условиях. То есть подписание соглашения будет выбором медленного, мучительного выхода из еврозоны.
Если большинство ответило «нет», то премьеру Ципрасу будет легче занимать жесткую позицию на переговорах с кредиторами. Это поставит кредиторов, среди которых основную роль играют европейский ЦБ, МВФ и представители крупнейшей европейской экономики, Германии, перед простым выбором. Один вариант – согласиться на то, что Греция остается в еврозоне, существенно снизить требования по выплате долга и смягчить условия, на которых эти требования будут снижены. Другой – расстаться.
Вообще-то трудно поверить, что «большая Европа» согласится на выход Греции из зоны евро. Не надо забывать, что Греция может выйти из денежного союза, но никуда не денется с европейского континента. Если после выхода там наступит экономическая катастрофа (вовсе не обязательно, но риск есть, и немалый), если там зашатается демократическая власть (последний раз настоящая военная хунта была там всего 40 лет назад), то Германия и Франция потратят на гуманитарную помощь, устройство беженцев и ликвидацию последствий больше, чем сэкономят сейчас, позволив Греции выйти. Более того, выход страны из единой валютной зоны (даже такой маленькой и экономически незначимой страны, как Греция) покажет, что валютный союз – это не широкий шаг к единому государству, а всего лишь специальная форма фиксированного обменного курса. Отношение к такой валюте будет куда более осторожным, чем к настоящей единой валюте.
С начала финансового кризиса 2008–2009 гг., который – как и предупреждали профессиональные экономисты перед созданием еврозоны – показал невозможность единой денежной политики в отсутствие единой фискальной и, соответственно, без единых политических органов (причина греческого кризиса в двух словах), Европа двигалась в сторону единого государства. Банковская система, например, по существу, стала единой, да и денежный союз стал полноценным только по ходу кризиса. Надо надеяться, что воля к единству возьмет верх и на этот раз.
