На протяжении всего 2015 года на армяно-азербайджанской границе сохранялась напряженная ситуация, так как стороны конфликта применяли зенитные комплексы и минометы. Однако к широкомасштабной войне эскалация конфликта не могла привести из-за ряда экономических причин и действий наблюдателей по его урегулированию, заявили армянские политологи.
Заместитель директора Института Кавказа, политолог Сергей Минасян считает, что напряжение на армяно-азербайджанской границе тесно связано с несколькими факторами, "начиная от нервозности на постсоветском пространстве и на Ближнем Востоке и заканчивая ухудшением социально-экономической ситуации и общественно-политической ситуации в Азербайджане".
По его мнению, резкое падение курса азербайджанского маната вынудило Ильхама Алиева искать механизмы, которые могут перевести внимание общественности с внутренних проблем на внешнего врага.
"Сейчас девальвация продолжается, и манат на черном рынке превышает стоимость официального курса ЦБ Азербайджана", – отметил Минасян.
21 декабря Центробанк Азербайджана перевел курс маната в плавающий режим, объяснив это резким падением цен на нефть. В тот же день манат подешевел по отношению к доллару и евро почти наполовину. Вслед за этим в Баку наблюдалось ограничение банковских операций, приостановление торговли в магазинах и закрытие пунктов обмена валюты.
На ситуацию, по его мнению, повлияло и увольнение большой группы чиновников министерства национальной безопасности Азербайджана, и заключение в тюрьму десятков активистов, что свидетельствует об изменении ситуации во внутриполитической жизни страны.
"Кроме этого, Алиев уже десятилетия периодически сам себя загоняет в угол своими резкими заявлениями, не оставляя себе места для какого-либо маневра. Понятно, что эскалация на линии фронта ни к чему не приводит, он бывает вынужден увеличить количество инцидентов или используемого вооружения", – заметил Сергей Минасян.
Тем не менее, по его словам, в 2015 году на линии соприкосновения войск впервые использовались реактивные системы залпового огня малого калибра, а также полевая артиллерия и танки.
В то же время Минасян считает, что реальной угрозы полномасштабной войны в этом году не было.
"В августе прошлого года ситуация чисто психологически была более близка к возобновлению боевых действий, чем в нынешнем году, несмотря на то, что сейчас использовалось в большем количестве тяжелое вооружение и наблюдалось особое напряжение в приграничных селах. Сейчас я не думаю, что Алиев действительно хотел начать войну", – подчеркнул политолог.
Минасян положительно оценивает роль международных наблюдателей, которые, по его мнению, "сделали свой неблагодарный труд".
"Единственное, что в этом году изменилось в их как совместных заявлениях, так и заявлениях сопредседателей в отдельности – делался акцент на то, какая из сторон ответственна за эскалацию", – отметил он.
Процесс урегулирования карабахского конфликта проходит на основе так называемых "мадридских принципов", которые были выдвинуты Минской группой ОБСЕ в 2007 году в Мадриде и обновлены в 2009 году. Эти принципы подвергались критике со стороны Армении, Азербайджана и Нагорного Карабаха. В настоящее время Азербайджан принимает "мадридские принципы" с оговоркой, что Нагорный Карабах может быть только в составе Азербайджана, допуская его самую широкую автономию. Армения также признает основы "мадридских принципов", но с противоположным условием. Нагорный Карабах участия в переговорах не принимает.
В самом процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта Минасян не видит подвижек. По его словам, реальная динамика урегулирования конфликта закончилась в 2001 году во Флориде, когда состоялась встреча двух президентов под эгидой Госдепартамента США.
"После этого стороны конфликта не то, что не были близки к урегулированию, но не могут договориться хотя бы по поводу смягчения ситуации на линии фронта. Перспектива урегулирования данного конфликта растягиваеся если не на десятилетия, то на многие годы", – заключил Сергей Минасян.
